Санитайзеры. Антисептики. Москва. Доставка.

Елена Малышева: «Я говорю без умолку. А муж – моя противоположность»

Это 11 сентября, день нашей свадьбы с Игорем (супруг телеведущей Игорь Малышев, профессор Московского медико-стоматологического института, доктор медицинских наук. – У нас с мужем и детьми есть свой особенный праздник. «Антенны»), а мы его называем днем семьи. – Прим. Но и дети тоже очень стараются. Главный организатор всех торжеств, конечно, я. На юбилейные даты я надеваю то платье, которое муж подарил мне до свадьбы. В этом году мы с Игорем отметили 30-летие совместной жизни. И каждый раз благодарю Бога, что оно до сих пор мне впору.

Он сформировал мое отношение к себе. Папа очень любил нас с сестрой. Сестрой я гордилась, но понимала, что мне до нее не дотянуться. Моя сестра была красивой девочкой с длинными пшенично-белыми волнистыми волосами, а я – толстым прыщавым подростком. А еще я знала, что папа за нас жизнь отдаст в прямом смысле слова. А папа, когда смотрел на меня, говорил одну и ту же фразу: «Доченька, смотрю на тебя критично… Ну красавица!» Так что уверенности в себе мне хватало.

На дни рождения нам с братом, а мы с ним двойняшки (сейчас Алексей Шабунин – хирург, главный врач Боткинской больницы. Я росла в семье, в которой была масса праздников. «Антенны»), пекли отдельные торты. — Прим. А к каждому празднику, не только к дням рождения, но и к 7 ноября, к 1 Мая, мне и старшей сестре Марине (она по специальности врач-невролог, руководитель медико-социальной экспертизы. Мне – «Аленку», брату – лимонник. «Антенны») шили обновки. — Прим. Мы, дети, росли в счастье, и дай Бог, чтобы мне удалось передать это ощущение своим сыновьям. Мы вместе с мамой выбирали фасоны, шли в ателье.

Первое: тебе все по плечу! Родители дали мне три урока, которые я старалась передать своим детям. Второе: умей дело сразу сделать правильно и хорошо, чтобы не возвращаться к нему больше. Просто трудись и двигайся к цели. Я до сих пор все делаю быстро и на работе, и дома. Это главное правило всех успешных людей. Мама и папа. И последнее и самое главное на свете: у твоих детей всегда должна быть семья. Заметьте, ни одного слова о любви. Если не сохранишь этот мир, эту уверенность, что у них есть семья, сама сломаешь жизнь своим детям. Любовь к делу и любовь к близким. Но любовь во всем.

Тогда это было нормой. В нашей семье было строгое воспитание. Мне было лет 16, я встречалась с мальчиком Витей, и он пригласил меня к себе, причем у него дома были родители. Нас с сестрой учили, что главное для девочки – женская гордость и девичья честь. Но когда я стала к нему собираться, папа спросил: «А в каком качестве ты туда пойдешь?» «Не знаю», – ответила я. Да и мои мама с папой его знали. И я осталась дома. Папа отрезал: «В семью молодого человека ты можешь прийти только в качестве невесты ». И даже когда по окончании института я отправилась в Москву в аспирантуру, папа поехал со мной, чтобы встретиться с моим профессором. А когда классе в восьмом я накрутила бигуди и легла спать, накрывшись одеялом, чтобы никто не увидел, меня разбудила мама и возмутилась: как я могла допустить такое грехопадение. Родители меня оберегали, беспокоились обо мне, любили.

Меня растили с мыслью, что именно это – главная ценность в жизни. Представить не могла, что у меня не будет семьи. Я уже училась в аспирантуре, и тут ко мне в гости приехала мама. Но во времена моей молодости считалось нужно выйти замуж, пока ты в институте. Получается, она уже поставила крест на моей семейной жизни. «Доченька, – сказала она, – я так счастлива, что ты будешь жить со мной и папой». Так и случилось. И только папа верил, что найдется человек, который меня оценит. Я вышла замуж в 26 лет.

Хотя знаю от Игоря, что он, как только меня увидел, решил: это моя будущая жена. Я не верю в любовь с первого взгляда. А Игорь только прибыл из Сибири, симпатичный парень, но я и не предполагала, что он станет моим мужем. Я тогда год как приехала из Кемерова в Москву, была звездой аспирантуры, играла на гитаре, участвовала в КВН. Что я и сделала. Но мой институтский профессор из Кемерова Нина Алексеевна Барбараш посоветовала присмотреться к сибирскому парню, показать ему столицу. А все дальнейшее – заслуга Игоря. Так все началось.

Но любовь – это аффективное расстройство. Я всегда за то, чтобы перед таким ответственным шагом, как свадьба, человек размышлял, как и с кем связать свою жизнь. Поэтому рассудок в этот период еще важнее и нужнее. Один из главных ее симптомов – отсутствие критики к объекту любви. Не у всех сохранить его получается.

Он на эту тему вообще не говорит. Муж никогда не признавался мне в любви. Мы были знакомы полгода, и он, провожая меня в метро, просто сказал: «Я хочу, чтоб ты стала матерью двух моих сыновей». Никакого предложения руки и сердца Игорь мне тоже не делал. Решила: соглашусь при условии, что детей его усыновлю и у нас будут еще двое своих. Я не спала ночь, думала, что жена или ушла от него, или умерла. И он имел в виду, что двое сыновей будет у нас. Но оказалось, что Игорь не женат. Так и случилось.

Когда были молоды, то в течение года учились в аспирантуре, защищали диссертации, а летом Игорь работал в стройотрядах. Мы с мужем никогда не боялись трудностей. Я счастлива, что деньги ему всегда были нужны не на рестораны, а на науку. Он прилично зарабатывал. Мой муж – великий русский ученый. И это правило остается главным правилом его жизни до сих пор. Так я называю его много лет.

Я взрослый человек, чтобы думать, что семья – это только любовь и ничего кроме этого. Я каждое утро, целуя мужа, говорю: «Как же я тебя люблю!» Мне кажется, женщине важно это чувствовать и об этом говорить. И это чувство, и воспоминание о счастье, которое было, не дают семье разрушиться в самые трудные моменты. Да, мы с Игорем были влюблены друг в друга. В каждом возрасте ты вкладываешь в это слово разный смысл. Но любовь гораздо сложнее и глубже, чем просто влюбленность. Сейчас – преданность и служение близким. Когда-то это была страсть. Главный стержень жизни. Моя семья – часть меня. Я не знаю, любовь это или нет. А муж – самый близкий друг и болельщик. Это мой мир, воздух и счастье жизни. И для меня не важно.

Игорь не знает, новое ли у меня платье или туфли. Муж не делает мне комплименты. Папа сказал бы: потрясающе. Когда спрашиваю его, как я одета, он отвечает: нормально. Главный его поступок – 30 лет совместной жизни. Но поступки Игоря гораздо важнее слов. Я думаю, что жить со мной совсем не просто. Это подарок судьбы. Спасибо ему огромное за это! А он смог.


ПРОГОЛОСОВАТЬ:
Плоховато!Отлично! (Ещё никто не голосовал)
Загрузка...
 
Статья прочитана 3 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Наши партнеры

Читать нас

Написать нам

Наша почта

maildess